top of page
Поиск
  • Фото автораБорис Брестовицкий

Убийство лорда Мойна.

            Гезира – это остров на реке Нил, в западной части Каира. Как Сите в Париже или Тиберина в Риме. Только он намного больше. И в самом центре этого острова находится богатый квартал Замалек. Тихие, тенистые улицы, многочисленные сады и парки, многоквартирные дома и виллы XIX века делают Замалек одним из самых привлекательных районов города и излюбленным местом проживания для многих состоятельных иностранцев в Каира. В нём также работает множество ресторанов, баров и кафе, включая традиционные ахвасы (чайные) под открытым небом.

            Этот остров был ключом к Каиру, что следует и из его древнего названия – «Гезира» - «сторожевой» на арабском языке.


остров Гезира

            При Исмаил паше остров был известен как Jardin des Plantes (сад растений) из-за его большой коллекции экзотических растений, доставленных со всего мира. Французский ландшафтный дизайнер Де Ла Шевалерье разработал ландшафтный план острова, сады и питомники растений. На восточном берегу острова был построен огромный шатер для посещения острова и наблюдения за его развитием. В 1869 году он был заменена на дворец «Гезира», летний особняк, U-образный в плане, спроектированный Франц-Пашой (венгерско-австрийский архитектор Юлиус Франц) и украшенный Карлом фон Дибичем. Дворец был построен и впервые использовался для гостей, посетивших открытие Суэцкого канала в 1869 году. Австрийский император Франц Иосиф I и французская императрица Евгения были одними из первых знатных гостей этого дворца. (Ныне дворец «Гезира» является центральной частью отеля Cairo Marriott Hotel, на крыше которого находится театр под открытым небом с видом на Нил.)

            В Замалеке были построены и другие дворцы, в том числе дворец принца Саида Туссуна, который в настоящее время является филиалом Совета министров Египта, и дворец принца Амра Ибрагима 1924 года, ныне Музей исламской керамики. Позднее в Замалеке британский капитан Стэнли Флауэр создал парк-аквариум, известный как «Гротто гарден», с необычной системой бассейнов, в которых собрана редкая коллекция африканских рыб.



            Именно поэтому квартал Замалек уже в 20-е годы прошлого века становится излюбленным местом проживания высокопоставленных британских чиновников и офицеров, расквартированной в Каире английской администрации. Наиболее состоятельные из них могли позволить себе арендовать роскошные виллы прямо рядом с садами «Гротто Гарден», на тенистой улице Хасан Сабри, которую только-только переименовали. Ранее она носила название «улица Галабия», но после трагической внезапной смерти премьер-министра Египта – Хасана Сабри, проживавшего на этой улице, ей было присвоено имя премьера.  

            Именно поэтому на острове Гезира был размещен полицейский участок, в котором служили самые толковые полицейские Каира.



            6 ноября 1944 года, около часа дня двое велосипедистов подъехали к одной из таких вилл на улице Хассан Сабри, под номером 6. Молодые парни, скорее всего студенты, судя по книгам, привязанным к багажникам велосипедов, спешились, и, оставив своих «железных коней» у тропинки, предусмотрительно развернув их в сторону моста, присели на скамейку в тени баньяна (огромные тенистые деревья, во множестве растущие в квартале Замалек. Их даже называют «деревья Замалек».) «Студенты» негромко беседовали о чем-то, изредка поглядывая на часы.

            Около четверти второго из-за поворота c улицы Гезира показался огромный черный лимузин. «Студенты» явно узнали этот автомобиль, но продолжали беседовать на скамейке. А лимузин проехал мимо молодых ребят, и, свернув на гравийную дорожку, остановился перед спрятавшимся в тени деревьев домом 6. Из машины вышел молодой британский офицер, по виду – ровесник «студентов» и отправился открывать ворота. В этот момент «студенты» резко встали и стремительно направились в сторону лимузина, на ходу доставая из карманов пистолеты…  

            Стоп! Давайте на минуту оставим в стороне выстрелы и погони, и займемся политикой и историей, не забывая, все-таки, о наших юных героях.

            Политические убийства всегда были эффективным средством воздействия на общество. И Израиль в этом отношении не является исключением. Подобные убийства здесь происходили еще до создания государства, и, к сожалению, случались и после. О нескольких таких убийствах я и хочу вам рассказать.

            6 ноября 1944 года Уолтер Эдвард Гиннесс, первый барон Мойн, праправнук того самого пивовара Гиннесса и его наследник, британский государственный министр на Ближнем Востоке, был убит в Каире двумя молодыми евреями из Эрец Исраэль, членами подпольной организации ЛЕХИ - Элияху Хаким и Элияху Бет-Зури.

            Идея этого убийства, или, точнее, возмездия принадлежала руководителю ЛЕХИ - Яиру Штерну, и была озвучена еще весной 1941 года, после того как он узнал о намерении британцев назначить Уолтера Мойна британским государственным министром-резидентом в Египте. Штерн считал, что война ЛЕХИ должна была бороться не только с британским правлением в Эрец Исраэль, но и с Британской империей в целом с центром в Лондоне.

            Лорд Мойн был одним из «столпов» Британской империи. С февраля 1941 года он был государственным секретарем по делам колоний и лидером Палаты лордов. Именно он был ответственен за затопление корабля с нелегальными эмигрантами «Струма».



            В Палате лордов в июне 1942 года он выразил полную поддержку «Белой книге» и ограничениям на еврейскую иммиграцию. Он нашел сионистское видение узким, выступая за создание федерации арабских земель.

            Вступив в должность государственного министра в Каире, лорд Мойн «запустил» свои планы по удушению ишува. Он открыто говорил о Палестине, как об арабской земле. Евреи в его понимании были смешанной расой, и поэтому евреев Палестины можно переселить в другую страну в Африке.

«Конечно, на наших союзников должно оказать прискорбное воздействие сообщение бывшего министра кабинета министров о том, что палестинская администрация не любит евреев и что в Великобритании достаточно антисемитов, чтобы поддержать политику и дух Гитлера. Это предложение полностью опровергает истину. Если сравнивать с нацистами, то, несомненно, те, кто хочет навязать импортированный режим арабскому населению, виновны в духе агрессии и доминирования. Предложение лорда Веджвуда о том, что арабов следует силой подчинить еврейскому режиму, несовместимо с Атлантической хартией, и об этом следует сказать Америке. Второй принцип этой Хартии гласит, что мы и Соединенные Штаты не желаем никаких территориальных изменений, которые не соответствуют свободно выраженным желаниям заинтересованных народов; и третий принцип гласит, что они уважают право всех народов выбирать форму правления, при которой они будут жить!» (ответ Джосайя Веджвуду, первому барону Веджвуду (9 июня 1942 г.).  Парламентские дебаты (Хансард). Соединенное Королевство: Палата лордов. том 208.

            Когда Джоэл Бранд, член Еврейско-венгерского комитета помощи и спасения, обратился к британцам в апреле 1944 года с предложением Адольфа Эйхмана освободить до миллиона евреев в обмен на 10 000 грузовиков и другие товары от союзников, Мойн, ответил: “Что мне делать с этими миллионами евреев

            Мойн также участвовал в депортации заключенных из Эрец Исраэль в Эритрею и Кению, что и стало предпосылками к операции «Снежный ком». Кроме того, именно он настаивал на применении морских мин как средства борьбы с нелегальной эмиграцией евреев в Эрец Исраэль

            В июне 1944 года центральный комитет Лехи отдал приказ Биньямину Гафнеру, связному ЛЕХИ с британской армией в Египте, начать сбор информации (разведку) о министре Мойне. Деятельность Гафнера была раскрыта британской контрразведкой, и он был вынужден покинуть Египет. Его преемник Йосеф Ситнер продолжил эту работу, но уже более скрытно. Ему удалось составить полный график работы и маршруты следования Мойна. По мере продвижения подготовки в Египет были отправлены бойцы ЛЕХИ - Элияху «Бенни» Хаким, а затем Элияху «Завулон» Бейт-Цури, «два Элияху», как их называли товарищи.



            «Бенни» родился в Бейруте, имел типичную ближневосточную внешность и свободно говорил по-арабски. Он вступил в ЭЦЕЛЬ, но когда в этой организации случился идеологический раскол, присоединился к созданной Яиром Штерном ЛЕХИ. После убийства Штерна он вступил в британскую армию, но вскоре дезертировал и посвятил себя подполью, где был незаменим как опытный снайпер.

            Элияху Бейт-Цури был «саброй» (он родился в Тель-Авиве) со светлыми волосами и зелеными глазами, обладал литературными способностями и любил поэзию.  Учился на литературном факультете в Еврейском университете в Иерусалиме. Он сначала присоединился к студенческой ячейке ЭЦЕЛЬ, а затем и к самой ЭЦЕЛЬ. После побега из Латруна он присоединился к ЛЕХИ. Он свободно говорил по-арабски и по-английски и считался смелым и умным бойцом.

            В 1944 году Бейт-Цури предложил убить премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля и других высокопоставленных британских политических деятелей, согласно секретным файлам, которые МИ5 не публиковала до апреля 2011 года.

            Бейт-Цури настаивал на том, чтобы его командиры отправили его с запланированной миссией по убийству лорда Мойна в Каире. Хотя ему не хватало оперативного опыта, считалось, что его преданность делу и целеустремленность компенсируют это. В конце концов его отправили в Каир вместе с Элияху Хакимом.

            После тщательного планирования и отслеживания они решили напасть на Мойна в его доме, в том самом каирском квартале Замалек, с описания которого я начал свой рассказ. Именно они, два Элияху 6 ноября 1944 года поджидали лорда Мойна на тенистой алее возле его виллы.



            В четверть второго после полудня, к дому №6 по каирской улице Хассан Сабри подъехал лимузин Министра-резидента на Ближнем Востоке лорда Мойна. Рядом с министром сидела его секретарша, на переднем сиденье, рядом с шофёром — его адъютант. Адъютант вышел из машины, чтобы открыть дверь дома, а шофёр стал обходить машину сзади, чтобы открыть дверь для министра. В это время из-за кустов неподалёку выскочили два Элияху, выстрелили в шофёра, который скончался на месте, а потом 3 раза выстрелили в министра, ранив его, как оказалось смертельно — он скончался через несколько часов в госпитале. Хаким стрелял в Мойна. Бейт-Цури прикрывал его с тыла и когда водитель - младший капрал Фуллер, повернулся к Хакиму, но Бет-Цури убил его.



            Сразу после выстрелов, даже не проверяя состояние своих жертв они оба, как и планировали, вскочили на свои велосипеды, предусмотрительно оставленные прямо на дорожке, и стремительно помчались к мосту через Нил. У ребят была приготовлена секретная квартира на окраине Каира, с запасом продовольствия не несколько дней, где они и собирались отсидеться, пока уляжется переполох в связи с убийством Мойна. А уж в своей удаче они не сомневались.

            Но не зря в полицейский участок острова Гезира брали самых толковых полицейских. Услышав отдаленные выстрелы, несколько полицейских вскочили на свои мотоциклы и по разным дорогам отправились на осмотр острова.

            Констебль Абдалла Амин доехал до моста имени Фуада аль-Аваля, и, развернувшись возле стоявших у въезда мост львов (скульптур) поехал по аллее в сторону «Гротта Гарден». Через несколько мгновений он увидел двух велосипедистов, изо всех сил мчавшихся к мосту. Абдалла приказ им остановится, но они не подчинились. Тогда Абдалла развернул мотоцикл и помчался за велосипедистами. Догнав их, он повторил приказ, но и в этот раз они не остановились. Констебль не хотел стрелять, поэтому просто своим мотоциклом сбил Бейт-Цури, который упал, получив легкие ранения. Хаким без колебаний остановился, чтобы помочь своему другу. Тут подоспели еще несколько полицейских, и арестовав обеих Элияху, доставили на допрос в полицейский участок.



            Несколько дней оба они молчали, понимая, что, оставшимся на свободе товарищам необходимо закрыть все явочные квартиры в городе и спрятать агентов в британской армии. Лишь на четвертый день молодые люди сообщили властям, что это официальная миссия еврейского движения «Борцы за свободу Израиля».

            Суд над Хакимом и Бейт-Цури начался в Каире 10 января 1945 года. Для защиты виновных власти Египта наняли лучших адвокатов. Египетская арабская общественность, особенно молодежь и интеллектуалы, продемонстрировала огромную поддержку людям из подполья Эрец-Исраэль, особенно за их гордую позицию перед судьями и главное требование их защиты: еврейский народ вел войну против Великобритания, потому что она была иностранным оккупантом.

«Позвольте мне разъяснить суду: мои идеи не являются сионистскими идеями. Мы не боремся за поддержку Декларации Бальфура. Мы не боремся за «национальный дом», —сказал в своем выступлении Бейт-Цури. - Мы боремся за самый главный принцип: за свободу! Мы хотим, чтобы наша Земля Израиля была свободной и независимой. В нашей стране правит иностранная держава. Миллионы людей утонули в море крови и слез, но британский капитан не поднял их на корабль. А если несколько выживших держались за нос корабля, то он, британский шкипер, сталкивал их обратно в море. И нам на родине ничего не оставалось, как сдаться или сражаться. Мы решили сражаться.»

            Далее он сказал: «Британская пропаганда приучила мир рассматривать вопрос о Земле Израиля как арабо-еврейский конфликт, в то время как британцы являются судьями и арбитрами. Но это неверно. Совершенно неверно! Вопрос о Земле Израиля — это конфликт между еврейскими сынами этой земли, которые являются ее владельцами, и правительством, которое совершенно чуждо этой земле — британским правительством».

Вот что сказал Элияху Хаким: «Я и мои друзья были воспитаны на Библии, с заповедью «Не убий». Однако у нас не было выбора и другого способа заставить их признать наши права, которые они имели. так насмехались; поэтому мы решили действовать, и мы сделали это во имя высшей справедливости… Мы обвиняем лорда Мойна и его правительство в убийстве сотен и тысяч наших братьев и сестер. Мы обвиняем его в краже нашей родины и грабеже нашей собственности. Где был закон, по которому мы могли бы судить их за преступления? К кому мы могли бы обратиться, чтобы добиться справедливости? Такого закона нет ни в одном своде законов. У нас не было другого выбора, кроме как взять правосудие в свои руки».



            Несмотря на большое признание, которое они получили в Египте и во всем мире, Великобритания оказала на Египет огромное давление, и они были приговорены к смертной казни через повешение. Египтяне продержали их в тюрьме несколько месяцев, не желая приводить в исполнение смертный приговор. Но на египетские власти очень давила британская администрация и день казни был назначен.

            Они надели красную одежду – одежду осужденных. Хаким сказал: «Это самый красивый костюм, который я когда-либо носил».

Элияху Бейт-Цури поблагодарил власти Египта за достойное обращение в тюрьме. Оба Элияху также поблагодарили своих защитников. Бейт-Цури закончил свою речь словами: «И теперь я готов. Господь, обними меня!" Оба Элияху подошли к виселице с песней «Ха-Тиква». («Надежда» - государственный гимн Израиля). В 1975 году их прах был доставлен в Израиль и захоронен на горе Герцля в Иерусалиме.

            Каирский процесс поставил вопрос об еврейском государстве и сионизме в центр мирового внимания. Этот процесс превратил «искры борьбы за права евреев в Эрец Исраэль и во всем мире в ревущий огонь». Это наполнило евреев всего мира гордостью и вдохновило евреев Египта.

            Каирский процесс доказал, что евреи и египтяне могут работать вместе против господства Великобритании на Ближнем Востоке. Это также заинтриговало Москву, которая начала выражать идею «нового сионизма», поддержавшего удаление Британии с Ближнего Востока. Интерес Америки был обострен, поскольку она обратила внимание на нефтяные запасы и стратегические позиции, которые можно найти между Суэцким и Персидским заливами.

 

И одно, очень важное примечание.

            Джоэл Бранд, член Еврейско-венгерского комитета помощи и спасения, обратился к британцам в апреле 1944 года с предложением от Адольфа Эйхмана, офицера СС, отвечавшего за депортацию венгерских евреев в Освенцим. Так называемое предложение Эйхмана «кровь за грузовики» (Blut Für Ware; буквально «кровь за товар») заключалось в том, что нацисты должны освободить до одного миллиона евреев в обмен на 10 000 грузовиков и другие товары от западных союзников.

            После этого обращения Бранда неожиданно арестовали и доставили в Каир, где его допрашивали несколько месяцев. Бранд сообщил, что во время одного из допросов англичанин (так в оригинале), которого он не знал, спросил его о предложении Эйхмана, а затем ответил: «Что я могу сделать с миллионом евреев? Куда мне их поместить?». Когда Бранд выходил из комнаты, его охранник сказал ему, что человеком, сделавшим это замечание, был лорд Мойн. Затем Бранд добавил: «Позже я узнал, что лорд Мойн часто сожалел о трагической судьбе евреев. Однако политика, которой ему приходилось следовать, была продиктована холодной и безличной администрацией в Лондоне. Возможно, он поплатился свою жизнь за вину других».

            Бранд впервые рассказал эту историю на суде по делу Кастнера (Рудольф Исраель Кастнер - один из руководителей венгерского Комитета помощи и спасения. Вёл переговоры с нацистами о выкупе евреев) о клевете в 1953 году, но в своей автобиографии, опубликованной в 1956 году, он добавил оговорку: «Впоследствии я услышал, что человек, с которым я разговаривал, возможно был не лордом Мойном, а другим британским государственным деятелем. К сожалению, у меня нет возможности это проверить». Однако высказывание, приписываемое Мойну, регулярно цитируется историками. Историк Бернард Вассерштейн считает, что «правда в том, что Бранд почти наверняка никогда не встречал Мойна». Это подтверждает Шломо Аронсон, который связывает это замечание с комментарием, сделанным главой отдела по делам беженцев Министерства иностранных дел Алеком Рэндаллом, который позже был повторен Моше Шаретом на встрече, на которой также присутствовал и Бранд.

            Во время ареста Бранда и Бранд, и Мойн дали интервью Ире Хиршман, которую Рузвельт назначил делегатом Совета по делам беженцев в Турции. По словам Хиршман, Мойн предложил отправить Бранда обратно в Венгрию с уклончивым ответом, который позволил бы тамошним евреям продолжить переговоры. Мойн также поддержал идею предложить немцам деньги вместо грузовиков. Однако британское правительство, в конце концов, не приняло ни одно предложение. Миллионы евреев имели шанс на спасение, но погибли…

            Западные союзники, хотя и скептически относились к этому предложению, сначала серьезно рассматривали возможность обсуждения этого предложения с немцами, но изменили свое мнение, когда их разведывательные расследования пришли к выводу, что это была немецкая ловушка, призванная поставить в неловкое положение правительство США и нанести ущерб союзу с СССР. Британцы освободили Брэнда в октябре 1944 года, примерно за месяц до убийства Мойна, после чего он присоединился к ячейке ЛЕХИ в Египте, которая должна была совершить убийство.

            За два месяца до своей смерти в 1964 году Бранд прокомментировал: «Я совершил ужасную ошибку, передав сообщение Эйхмана британцам. Теперь мне ясно, что Гиммлер стремился посеять подозрения среди союзников в качестве подготовки к своей столь желанной нацистской операции – «Западная коалиция против Москвы»».

 



310 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все

Почему одни арабские страны богаче других?

Почему одни арабские страны богаче других? Ближний Восток – это не только Израиль. Это и арабские эмираты, которые расположены по востоку и югу аравийского полуострова, а также такие страны, как Йемен

Comments


bottom of page